Введение
Российская розничная торговля в 2022–2025 гг. развивалась в условиях одновременного действия нескольких разнонаправленных факторов: ускорения цифровизации потребительского поведения, высокой инфляции, роста стоимости заемного капитала и изменения структуры внешнеторговых потоков. В такой среде интернет-торговля перестает быть только удобным каналом покупки и становится самостоятельной инфраструктурой товарного обращения. Она объединяет маркетплейсы, платежные сервисы, логистику последней мили, аналитические инструменты для продавцов и цифровые механизмы управления спросом. Актуальность исследования определяется тем, что динамика online-сегмента заметно превышает темпы роста традиционной розницы. По данным АКИТ, объем интернет-торговли в России в 2025 г. составил 11,5 трлн руб., а ее доля в общем объеме розничных продаж достигла 18,8% [1]. Годом ранее объем рынка оценивался почти в 9 трлн руб., а доля online-канала составляла 16,2% [2]. Эти показатели важны не только для анализа цифровых платформ, но и для оценки структурных изменений в потреблении, занятости, логистике и малом предпринимательстве. Научная проблема заключается в том, что номинальный рост электронной коммерции часто объясняется общей инфляцией. Однако при корректировке на индекс потребительских цен становится видно, что online-канал растет не только за счет удорожания товаров, но и за счет расширения реального объема операций, повышения частоты заказов и перераспределения спроса из офлайн-канала в цифровую среду. Поэтому цель статьи состоит в количественной оценке структурного опережения интернет-торговли относительно розничной торговли в целом. Гипотеза исследования: в 2022–2025 гг. интернет-торговля в России демонстрировала устойчивое структурное опережение, так как ее рост сохранялся в реальном выражении и превышал динамику совокупной розницы даже в условиях высокой ключевой ставки. Для проверки гипотезы используются открытые отраслевые и макроэкономические данные, а также расчет индекса цифрового опережения.
Материалы и методы
Информационную базу исследования составили опубликованные данные АКИТ об объеме интернет-торговли и ее доле в розничном товарообороте, статистические сведения Росстата об инфляции, а также данные Банка России о ключевой ставке. Для 2022 г. использована оценка АКИТ, опубликованная ИОН РАНХиГС: оборот интернет-торговли составил 4,98 трлн руб. при доле 11,6% в розничных продажах [10]. Для 2023 г. использована оценка АКИТ, опубликованная «Интерфаксом»: 6,4 трлн руб. и доля 13,8% [7]. Для 2024 и 2025 гг. использованы публикации АКИТ [1; 2]. Методика включает три расчетных блока. Первый блок – оценка номинального темпа роста интернет-торговли: g E_t = ((E_t )/(E_(t-1) ) - 1)* 100%, где Et – объем интернет-торговли в году t. Второй блок – расчет реального темпа роста online-сегмента с поправкой на инфляцию: g R_t = ((1 +(gE_t )/(100))/(1 +(pi_t )/(100)) - 1) * 100%, где pit– инфляция за соответствующий год. Третий блок – расчет индекса цифрового опережения, показывающего отношение темпа роста интернет-торговли к темпу роста розничной торговли в целом: ID O_t = (gE_t )/(gRetail_t ). Если IDOt больше 1, online-сегмент растет быстрее совокупной розницы; если показатель стабильно выше 2, можно говорить о структурном перераспределении спроса в пользу цифрового канала. Общий объем розничной торговли для 2022–2025 гг. рассчитан обратным способом через известные значения объема интернет-торговли и ее доли в рознице: Retai l_t = (E_t )/(s_t ), где st – доля online-канала. Таблица 1 – Исходные макроэкономические и отраслевые данные для расчета Год Объем интернет-торговли, трлн руб. Доля интернет-торговли в рознице, % Инфляция, % Ключевая ставка на конец года, % 2022 4,98 11,6 11,94 7,5 2023 6,40 13,8 7,42 16,0 2024 9,00 16,2 9,52 21,0 2025 11,50 18,8 5,59 16,0 Источник: составлено автором по данным АКИТ, Банка России и публикациям Росстата [1; 2; 4; 5; 7; 8; 10]. В таблице 1 видно, что интернет-торговля росла в период, когда макроэкономическая среда была неоднородной. В 2022 г. высокая инфляция сочеталась с резким изменением денежно-кредитных условий; в 2023–2024 гг. ключевая ставка к концу года выросла до 16% и 21% соответственно [5]. При этом online-канал не только сохранял рост, но и увеличивал долю в рознице.
Результаты исследования
Расчеты показывают, что за 2022–2025 гг. объем интернет-торговли вырос с 4,98 до 11,5 трлн руб. Совокупный номинальный прирост составил 130,9%, а среднегодовой темп роста (CAGR) – 32,2%. Доля online-канала в розничной торговле увеличилась с 11,6% до 18,8%, то есть на 7,2 процентного пункта, или примерно на 62,1% относительно уровня 2022 г. Это означает, что речь идет не о временном всплеске спроса, а о закреплении новой модели потребительского поведения.
Рисунок 1. Динамика объема интернет-торговли и ее доли в розничной торговле России, 2022–2025 гг. На рисунке 1 показана синхронная динамика двух показателей: абсолютного объема интернет-торговли и ее доли в рознице. Важная особенность состоит в том, что рост доли online-канала происходил даже в годы высокой инфляции и жестких процентных условий. Следовательно, интернет-торговля выступала не только ценовым, но и институциональным каналом адаптации потребителей и продавцов. Таблица 2 – Расчет реального роста и индекса цифрового опережения Год Номинальный рост интернет-торговли, % Реальный рост интернет-торговли, % Номинальный рост розницы, % Индекс цифрового опережения 2022 – – – – 2023 28,5 19,6 8,0 3,55 2024 40,6 28,4 19,8 2,05 2025 27,8 21,0 10,1 2,75 Источник: рассчитано автором на основе данных таблицы 1.
Результаты таблицы 2 подтверждают гипотезу исследования. В 2023 г. номинальный рост интернет-торговли составил 28,5%, а реальный рост после корректировки на инфляцию – 19,6%. В 2024 г. реальный рост достиг 28,4%, несмотря на ускорение инфляции до 9,52% и повышение ключевой ставки до 21%. В 2025 г. номинальный рост замедлился до 27,8%, однако реальный рост остался высоким – 21,0%. Таким образом, даже после устранения инфляционного эффекта online-сегмент демонстрировал двузначную положительную динамику. Индекс цифрового опережения показывает, что в 2023 г. интернет-торговля росла в 3,55 раза быстрее расчетного оборота розницы в целом, в 2024 г. – в 2,05 раза, в 2025 г. – в 2,75 раза. Значение индекса выше единицы во всех расчетных периодах означает устойчивое перераспределение потребительского спроса. Значение выше двух указывает, что online-канал не просто повторяет общую динамику розничного рынка, а формирует собственный контур роста.
Обсуждение результатов
Полученные результаты можно интерпретировать через теорию трансакционных издержек. Цифровая платформа уменьшает издержки поиска товара, сравнения цен, взаимодействия продавца и покупателя, приема платежа, организации доставки и возврата. Именно поэтому интернет-торговля может расти быстрее классической розницы даже в условиях дорогих кредитов. Высокая ключевая ставка ограничивает инвестиционные возможности бизнеса, но одновременно усиливает значение каналов, позволяющих быстрее оборачивать запасы и точнее управлять спросом. В современной научной литературе маркетплейсы рассматриваются как сложные бизнес-модели, объединяющие торговую площадку, логистическую инфраструктуру, платежный контур, рекламную систему и инструменты аналитики [3; 6; 9]. Это особенно важно для малого и среднего предпринимательства: цифровая платформа снижает барьеры входа на рынок, но одновременно повышает зависимость продавца от правил платформы, алгоритмов ранжирования и комиссионной политики. Поэтому рост интернет-торговли имеет двойственный характер: с одной стороны, он расширяет рынок сбыта, с другой – усиливает платформенную концентрацию. Отдельного внимания заслуживает региональный аспект. По данным АКИТ за 2025 г., 96,2% онлайн-продаж приходилось на российские интернет-магазины и отечественные цифровые платформы, тогда как трансграничная торговля занимала 3,8% [1]. Это означает, что развитие рынка в большей степени определяется внутренней логистикой, региональной инфраструктурой пунктов выдачи заказов и цифровой зрелостью российских продавцов. В 2024 г. аналогичная структура также была выраженной: 97% объема приходилось на покупки в российских интернет-магазинах и на отечественных маркетплейсах [2]. Содержательно рост online-канала связан не только с крупными покупками, но и с повседневным потреблением. В 2025 г. на продукты питания, доставку из магазинов и готовую еду приходилось 18,8% структуры интернет-торговли; в 2024 г. эта категория впервые заняла первое место с долей 16,9% [1; 2]. Это усиливает устойчивость e-commerce, так как рынок становится менее зависимым от единичных покупок электроники или одежды и все больше опирается на регулярный спрос. Однако устойчивость роста не означает отсутствия рисков. Наиболее значимыми ограничениями являются рост логистических издержек, высокая конкуренция продавцов внутри платформ, давление на маржинальность, регуляторные изменения и зависимость от платформенных алгоритмов. Современные исследования подчеркивают, что следующий этап развития электронной коммерции будет связан не только с расширением оборота, но и с повышением качества бизнес-моделей, развитием аналитики, управлением эффективностью продаж и переходом к более зрелым каналам взаимодействия с потребителем [6; 8].
Заключение
Проведенное исследование показало, что интернет-торговля в России в 2022–2025 гг. демонстрировала выраженное структурное опережение относительно розничной торговли в целом. Номинальный объем рынка увеличился более чем в 2,3 раза, а доля online-канала в рознице выросла с 11,6% до 18,8%. Расчеты реального роста подтвердили, что динамика e-commerce не сводится к инфляционному эффекту: в 2023–2025 гг. online-сегмент сохранял двузначный рост в сопоставимом выражении. Научная значимость работы состоит в предложении индекса цифрового опережения как простого расчетного инструмента для оценки структурного сдвига в розничной торговле. Индекс показал, что интернет-торговля в рассматриваемый период росла в 2,05–3,55 раза быстрее совокупной розницы. Практическое значение результатов заключается в том, что для продавцов и региональных производителей online-канал следует рассматривать не как вспомогательный инструмент, а как стратегическую инфраструктуру доступа к спросу. Перспективы дальнейших исследований связаны с построением региональной модели: в нее целесообразно включить плотность пунктов выдачи заказов, уровень доходов населения, долю городского населения, проникновение мобильного интернета, логистические тарифы и показатели конкуренции на маркетплейсах. Такой подход позволит перейти от макроуровневой оценки к объяснению территориальных различий цифровой торговли.